Ограничения VPN могут сказаться на российской медицине? Почему врачей отлучают от западной науки

Обсуждение возможного ужесточения блокировок VPN в России всё чаще выходит за пределы технологической повестки. Эксперты предупреждают: ограничения могут затронуть не только обычных пользователей, но и научные и медицинские сообщества.

Современная медицина опирается на постоянный доступ к международным научным данным. Врачи и исследователи ежедневно используют глобальные базы публикаций и исследований — такие как PubMed, EMBASE, Cochrane Library и реестр клинических исследований ClinicalTrials.gov. Именно через такие ресурсы медицинское сообщество получает актуальные клинические рекомендации, результаты исследований лекарств и данные о побочных эффектах препаратов.

Если доступ к зарубежным платформам усложняется, врач может работать с неполной или устаревшей информацией. В фармацевтике последствия могут быть еще более серьезными: разработка препаратов требует постоянного анализа мировой научной литературы, обмена данными о клинических испытаниях и участия в международных проектах.

С технической точки зрения усиление блокировок возможно. Интернет-провайдеры способны применять системы глубокого анализа трафика (DPI), которые распознают признаки VPN-соединений и ограничивают их по протоколам или IP-адресам. Однако подобные фильтры иногда затрагивают и легальные научные сервисы, создавая так называемый эффект «избыточной блокировки». Подробности — в материале MSK1.RU.

— Я действительно сталкивался с подобной проблемой. Но она возникла не сегодня — она появилась уже несколько лет назад. Западные научные организации — европейские, американские — ведут себя по-разному. Например, очень интересная и ценная организация — Американская ассоциация хирургов-ортопедов, у них на сайте размещается очень полезная информация. Но доступ к этому сайту из России закрыт. И тут дело не в VPN. Как я понимаю, это позиция самой организации. Это ограничение вводится по каким-то мотивам, возможно, политическим, — рассказывает MSK1.RU президент «Лиги защиты врачей», врач-невролог, кандидат медицинских наук Семен Гальперин. — Кроме того, я знаю случаи, когда наших коллег исключали из международных научных организаций.

— Но есть, видимо, и те, кто доступ российских коллег к научной информации не закрыл?

— Конечно. Я вместе с коллегами состоял в Европейской ассоциации врачей, изучающих сахарный диабет. Это очень крупная организация, туда входят специалисты со всего мира. До ковида мы фактически каждый год ездили на их конференции в разные европейские страны. Причем туда приезжают не только европейцы — там и врачи из Америки, из Африки, из Индии.

И эта организация до сих пор относится к россиянам вполне лояльно. Они продолжают присылать информацию, у них открыт доступ к материалам конференций, причем без всякого VPN. Они рассказывают, что происходит на конгрессах, и любой, кто интересуется этой темой, может присоединиться и наблюдать. Например, в сентябре будет очередной европейский конгресс, и информация о нём будет доступна открыто.

— Помогает ли VPN получать доступ к научной информации, доступ к которой из России закрыт?

— В ряде случаев да, VPN действительно помогает найти нужную информацию. Но это всё-таки боковой доступ. Хотя мы и раньше искали обходные пути. Например, когда не могли позволить себе подписку на дорогие международные научные библиотеки. Так что работать в таком режиме нам, в общем-то, не привыкать.

— Но всё-таки насколько серьезными могут быть последствия блокировки VPN для медицины?

— Конечно, уровень сотрудничества может снизиться. Насколько это принесет дополнительные проблемы, оценить пока сложно. Но, скорее всего, трудности будут нарастать до тех пор, пока не будут решены политические вопросы.

Всё-таки вопрос ограничения доступа к научной информации для России начинается именно с той стороны. Если ассоциация заинтересована в сотрудничестве, она найдет способ передать информацию — легальный и открытый. Нам ведь никто не запрещает состоять в этих организациях.

— А что будет с пациентами? Как всё это отражается на них?

— Любое ограничение сотрудничества, конечно, отражается негативно. Например, раньше мы участвовали в международных клинических исследованиях. В начале этого века таких проектов было много. Сегодня эти возможности сильно сократились. Сейчас исследования в основном проводятся внутри России или в ограниченном международном сотрудничестве. Многие компании просто ушли из страны, поэтому доступ к таким исследованиям заметно уменьшился.

— Есть ли шанс, что ситуация изменится?

— Думаю, в любом случае международное сотрудничество со временем будет восстанавливаться. Но когда именно это произойдет, сказать трудно. Мы, конечно, надеемся на положительные изменения.

Эксперт по коммуникациям Виталий Лавринович согласен, что ужесточение блокировок VPN может иметь косвенные, но заметные последствия для медицинской науки. По его словам, основная проблема — возможное ограничение доступа к международной научной инфраструктуре. Современные исследователи используют глобальные базы данных, генетические репозитории, платформы анализа медицинских данных и системы совместной работы. Если доступ к таким инструментам становится нестабильным, это может замедлить обновление знаний и участие российских ученых в международных проектах, говорит Лавринович.

Член Совета московского регионального отделения «Деловой России» Андрей Глушкин добавляет, что международные базы научных публикаций — это ключевой инструмент доказательной медицины. По его словам, врачи и фармацевтические исследователи ежедневно используют международные ресурсы для анализа клинических испытаний, оценки побочных эффектов препаратов и разработки новых лекарств. Ограничение доступа к таким данным может замедлить научные процессы и усложнить разработку инновационных препаратов.

Глушкин говорит, что ограничения VPN могут повлиять не только на медицину, но и на другие отрасли: «Риски несут IT-компании с распределенными командами и зарубежными партнерами, университеты, опирающиеся на международные научные платформы, финансовые организации, ведущие трансграничные операции».

«Государство последовательно борется с теми VPN-сервисами, которые не выполняют российское законодательство и несут реальные риски безопасности. Но фильтры пока работают с избыточной широтой, и это проблема, которую Минцифры признаёт», — отмечает эксперт.

Глушкин говорит, что решение у проблемы есть. Роскомнадзор ведет «белый список» IP-адресов: компании и учреждения могут подать заявление в ЦМУ ССОП с обоснованием необходимости использования иностранных протоколов шифрования. Сейчас в этом реестре около 75 тысяч записей, за два года он вырос в шесть раз. Медицинские, научные и любые иные организации в этот «белый список» могут попасть.